Home / Статьи / История Ислама / Битвы Пророка. Глава Первая — Битва при Бадре

Битвы Пророка. Глава Первая — Битва при Бадре

Дорогие братья и сёстры, мы начинаем публикацию поэмы “Битвы Пророка”, которую написал наш дорогой брат Ахмад ад-Дагестани. Просим Аллаха принять труд брата Ахмада, облегчить ему его положение, и освободить его из плена в скором времени. Делайте дуа за нашего брата !

 

Битва при Бадре

 

Вступление

Сегодня мы отправимся в былое,
Открыв Ислама важные страницы.
И вспомним поколенье золотое —
Их имена, их подвиги, их лица!

Тех дней событий радостных немало,
Иль в мирной жизни, или на войне,
Но то, что в душу больше всех запало,
Позвольте описать сегодня мне.

Я не боюсь сего амала краха,
Не стану медлить или гнать коня,
Коль буду точен — это от Аллаха,
Коль ошибусь, то это от меня!

Часть первая. Причина битвы

Я здесь о Бадре поведу рассказ,
Точнее, о сражении при Бадре.
И что в нём поучительно для нас.
И в целом, и отдельно в каждом кадре.

Так в чём причина этого сраженья? —
Их несколько, одна важней другой,
Во-первых, ниспослалось откровенье,
Что побуждало дать неверным бой.

К тому же в том же месяце Ша’бан
(Сие не совпадение, заметь)
Господь меняет киблу мусульман
С Аль-Кудса на Запретную мечеть.

Ведь измененье киблы направленья
Должно было покорных побудить
Начать кровопролитное сраженье
И киблу от врагов освободить.

К тому же нужен был прямой удар
По ревностным язычникам — мекканцам.
И караван, что вёз большой товар,
Удобным стал и случаем, и шансом.

… Аллах приемлет только чистый Дин,
Без джахилии и нововведенья.
И это основная из причин
Священных войн и этого сраженья!

Часть вторая. Силы обеих сторон

И вот в поход выходит Мухаммад
И с ним три с лишним сотни мусульман,
Конечно, не велик его отряд,
Но цель его — всего лишь караван,

Казалось, все понятно в сей картине,
Казалось, будет лёгким сей амал,
Поэтому осталося в Медине,
Так много тех, кто Богу слово дал.

В отряде было только два коня,
Да и верблюдов несколько десятков.
И войско шло оружием звеня,
Не нарушая пешего порядка.

Теперь же, что касается мекканцев —
Они, узнав про Мухаммада рать,
Домой послали всадника-посланца,
Чтоб армию сторонников собрать.

И вышло больше тысячи бойцов.
У шестисот имелися доспехи,
Коней имела сотня храбрецов,
Собравшихся отнюдь не для потехи.

Плюс множество верблюдов разных видов
(их каждый день с десяток забивалось),
А девять самых знатных курайшитов,
Снабжением отряда занималось.

К тому ж, когда мекканцы собрались —
(в неверье вдохновение найдя),
Им помощь гарантировал Иблис,
Принявший облик одного вождя.

…И так хорош был Мухаммада план.
И он осуществляется, казалось,
Но караван ушёл от мусульман,
А воинство мекканцев приближалось.

Часть третья. Совет

Разведка Мухаммаду доложила,
Когда Посланник был еще в пути,
Что к ним идёт врагов большая сила,
Которую нет шансов обойти.

Тревожное услышав донесенье,
Пророк решил скорей собрать совет,
Как выход отыскать из положенья,
И выслушать на сей вопрос ответ.

Сначала ас-Сыддик заговорил.
Затем Умар внёс бодрости заряд —
Посланник их за речи похвалил.
И тут привстал сподвижник аль-Микдад:

«О Мухаммад, спокойно продолжай,
Все то, на что Всевышний указал,
Коль суждено сраженье, то ступай!
А мы с тобой, куда бы не позвал!»

Посланник также ждал ансаров мненье.
И встал их предводитель бин Муаз:
«Коль ты настроен твёрдо дать сраженье,
То можешь положиться и на нас!

Ведь мы в тебя поверили, Пророк.
И дав тебе обеты послушанья,
Идём с тобою лучшей из дорог,
Свидетельствуя истинность посланья!

В сраженьи не пугает нас ничто,
Мы стойки на войне, врагов рубя.
И может, ты увидишь завтра то,
Что, инша Аллах, порадует тебя!»

Посланник улыбнулся и сказал:
«Иди, Саад, и войску передай —
Воистину, Аллах пообещал:
Нас ждёт или победа, или Рай!»

Часть четвертая. Дождь

Господь Миров — Высокий и Могучий
(Воистину велик Его амал!),
Надвинул в эту ночь на небо тучи.
И дождь Своим знаменьем ниспослал.

Он для мекканцев в ливень превратился,
Что помешал им двинуться вперед,
Ведь на кого Всевышний рассердился,
Того ничто хорошее не ждёт!

А для мединцев дождь стал моросящим,
Что для удобства почву уплотнил.
И душем стал для воинов бодрящим,
Что с них шайтана скверну удалил.

Пророк наутро двинулся опять,
Чтоб Бадра поскорей достичь колодцев.
И вскоре он успел один занять,
Но тут спросил один из полководцев:

«Тобою нынче занята позиция,
С которой нелегко вести сраженье,
Скажи мне, это только интуиция,
Иль это было Господа веленье?»

«Нет, таково всего лишь мое мненье,
В нем хитрость для сражения таится!» —
«Тогда, Посланник, измени решенье,
Для битвы это место не годится!

Удобней встать у вон того колодца,
Он ближе всех к мекканцам, между прочим,
Тогда им биться без воды придётся,
А мы же будем пить, когда захочем».

Посланнику понравился совет.
И занят войском водоём передний,
За этим делом встретил их рассвет —
Для некоторых воинов последний.

Часть пятая. Перед битвой

Уж стрелы подготовлены для боя,
Уж меч наточен и остёр как бритва,
Уж встали друг пред другом оба строя,
Вот-вот должна начаться эта битва.

Когда Посланник уж построил ряд,
Случился необычный эпизод:
Его сподвижник — доблестный Савад —
Вдруг вышел неожиданно вперёд.

Посланник шлёпнул воина стрелой,
Мол, возвращайся к воинам назад.
«Удар по справедливости за мной!» —
Сказал ему взволнованный Савад.

Пророк живот с улыбкой обнажил,
Но воин лишь Посланника обнял,
Пророка сей поступок удивил:
«К чему, Савад, был сделан сей амал?»

«О чем тебе известно, недалече, —
Он смерть свою предчувствовал в бою, —
И мне хотелось при последней встрече,
Почувствовать всю теплоту твою!»

Их в этот день четырнадцать погибло —
Их, инша Аллах, Господь одарит Раем! —
Блаженны те, кого сие постигло…
Но мы вперёд немного забегаем.

Ну а пока бой только начинался.
И чист пока песок, и бел суглинок,
Но вот над Бадром громкий клич раздался,
То был обычный зов на поединок.

Часть шестая. Поединок

Сначала вышел мушрик аль-Асвад.
Сказавший и со злобой, и весомо:
«Даю обет, что не вернусь назад,
Покуда не напьюсь я с водоёма!»

Ему навстречу поспешил Хамза,
Мгновенно отрубив мушрику ногу.
Мушрик упал и закатил глаза,
А кровь его проделала дорогу.

Но вскоре он с упорством стал ползти,
След оставляя на земле невольный,
Но у колодца смог его найти
Удар Хамзы, последний и контрольный.

Затем на поединок вышло трое,
Что были из мекканцев самых главных,
Они воззвали у мединцев строя:
«О Мухаммад, ты выведи к нам равных!»

К ним вышло из ансаров тоже трое,
Что были им по знатности равны,
Но те не захотели с ними боя,
Им были соплеменники нужны.

Послышались Посланника слова:
«Вставай Хамза, Али и ты, Убайда!»
И вышло сразу три исламских льва —
Из курайшитов избранного «прайда»!

Хамза мушрика сразу зарубил.
И так же быстро справился Али,
Убайда ранил сам и ранен был,
Убайду с поля боя унесли.

Но вскоре его дух расстался с ним,
Без грусти, без тревог, без сожаленья…
Мы все Аллаху лишь принадлежим.
И лишь к Аллаху наше возвращенье!

Часть седьмая. Наступление мекканцев

Тяжелая потеря трёх вождей,
Последней каплей для мекканцев стала.
И масса обезумевших людей
На мусульман позиции напала.

Мединцев не смутило наступленье,
И им не страшен был серьёзный враг,
Прося у Бога помощь и спасенье,
Они гасили пламя всех атак.

И битва укрепляла слабых Дин.
А сильным Веры больше придавала,
А слово упоения: «Един!» —
Девизом мусульман в сраженьи стало.

Тем временем Посланник Мухаммад
С Сыддиком на холме крутом стоял.
И к небу устремив тревожный взгляд,
Он горячо к Всевышнему взывал:

«О мой Господь! Я лишь к Тебе взываю
Отчаянным взыванием своим.
И я Тебя прошу и заклинаю
Надёжным обещанием Твоим!

Коль мусульман сегодня уничтожат,
Покорных не останется Тебе.
И лишь Твоя поддержка нам поможет,
В тяжелой, изнурительной борьбе!»

Увлекшись, уронил Пророк невольно
Накидку, что лежала на плечах,
Ас-Сыддик попросил его: «Довольно!
Ведь ты и так настойчив был в мольбах!»

… Пророк дождался Божьего решенья,
Что стало просто чудом из чудес,
Ну а пока гласило откровенье:
«Я поддержу вас воинством небес!»

Часть восьмая. Контрнаступление

Пророк вздремнул и головой поник,
Но вскоре взгляд на небо устремил.
И молвил, улыбаясь: «Ас-Сыддик!
Возрадуйся, явился Джибриил!»

И не переставая улыбаться,
Пророк аяты начал повторять:
«Уж скоро они в бегство обратятся,
Уж скоро будет бита эта рать!»

Затем, взяв кучу камешков с земли,
Пророк их бросил в мушриков кольцо
И до мекканцев камешки дошли,
Попав и всем, и каждому в лицо.

Пришла пора для контрнаступленья,
Уж наступил сей долгожданный срок.
И побуждая братьев на сраженье,
Посланник с вдохновением изрёк:

«Коль вы сегодня станете сражаться,
Лишь наступая, но не отступая,
И в битве стойко Господа держаться —
Вас ждёт не что иное, кроме Рая!»

И мусульмане бросились вперед, —
Ведь так близки к ним Райские Сады! —
И дрогнул многобожия народ,
И смяты многобожия ряды!

Уже разрознен и расстроен стан,
И появились признаки провала.
И вскоре под давленьем мусульман
Толпа мекканцев в страхе побежала.

Мединцы догоняли беглецов,
Кого пленя, кого-то убивая,
Не жалуя ни братьев, ни отцов
И лишь покорных близкими считая!

Часть девятая. Участие ангелов в битве

В сраженьи этом очень помогли
Могучие воители небес,
Что бились, не касаяся земли,
Склонив в угоду братьев перевес.

И в этот день нередко так бывало —
Воистину бесценен Божий дар! —
Что голова мушрика отлетала,
А он не знал, откуда был удар!

И в стороны конечности летели
У насмерть перепуганных мушриков,
Средь этой порождая канители
Огромную волну безумных криков!

К Пророку аль-Аббас доставлен был.
И молвил в плен захваченный Аббас:
«Меня не сей мединец захватил,
А тот, кого не вижу среди вас!

То был с прекрасным ликом человек,
На белом, восседавший, скакуне.
И этого коня был славен бег,
Он словно возвышался на волне!»

Теперь же об Иблиса поведенье,
Что принял, как мы помним, лик вождя
И в образе Сураки был в сраженье,
В Геенну за собою всех ведя.

Узрев небесных ангелов амал,
То, как они неверных убивали,
Он, бросив многобожников, бежал,
А те ему вдогонку закричали:

«Куда ты, о Сурака, и за что
Ты оставляешь без поддержки нас?»
Ответил им Иблис: «Я вижу то,
Что Богом скрыто от обычных глаз!»

Часть десятая. Стойкость Абу Джахля

А как же Мекки главный притеснитель,
Что Абу Джахлем звали курайшиты?
Как вёл себя безбожия носитель,
Когда его бойцы были разбиты?

Сей мушрик и не думал отступать,
И ненавистью жгучею горя,
Пытался дух мекканцев приподнять,
Заносчиво и злобно говоря:

«Мекканцы, не пугайтесь сей атаки!
И в битве малодушничать не надо!
Забудьте про предательство Сураки,
Ведь он договорился с Мухаммадом!

И пусть вас гибель Утбы не пугает,
И Шайбы, и младого аль-Валида,
Они поторопились, так бывает,
Когда в сердцах главенствует обида!

Клянусь же и аль-Лат, и аль-Узой!
Мы без победы в Мекку не вернёмся!
И не уйдём без пленников домой,
С которыми безжалостно сочтёмся!»

Однако очень скоро понял он
Своей слепой заносчивости цену,
Когда он был и смят, и окружён,
А смерть его уж вышла на арену!

Он в битве от двоих ансаров пал,
Что были многих воинов моложе,
Он столько лет в невежестве блуждал,
Ну что ж, видать, Огонь ему дороже!

Часть одиннадцатая. Гибель Абу Джахля

А вот что рассказал ансар Муаз,
Который Абу Джахля первым ранил:
«Услышав Абу Джахля громкий глас,
Я сразу для атаки место занял.

Когда ж удобный случай наступил
Я, изловчившись, на него напал,
Нанёс удар и ногу отрубил,
Но сын его меня мечом достал.

Икрима мою руку перебил,
Что после лишь на кожице висела,
Я за спиной весь день её носил
И оторвал, когда уж надоела!»

Муаз дожил до времени правленья
Правителя Усмана бин Аффана,
Ну а пока, он лишь нанёс раненье.
Но Абу Джахля не сломила рана.

Второй удар мекканец получил
От юного ансара Муаввиза.
И сей удар уже смертельным был
(Как показала б нынче экспертиза!)

(Чуть позже Муаввиз погиб в бою,
Сверкнув звездою в ритме сумасшедшем,
Печаль внезапно всколыхнув мою
По молодым, Шахидами ушедшим).

Когда победа уже ясной стала,
Посланник молвил: «Я хотел бы знать,
Где Абу Джахль, и что с ним в битве стало?»
И люди разошлись его искать.

Его нашёл сподвижник бин Масхуд —
Беспомощным и при смерти лежащим
Средь кучи тел и средь оружья груд,
Со злобным взглядом, душу леденящим.

Часть двенадцатая. Диалог двух врагов

Асхаб ему на шею наступил
И, бороду его держа в руках,
У Абу Джахля сдержанно спросил:
«Ну что же, посрамил тебя Аллах?»

«А чем меня Всевышний посрамил?
Ведь это не позор, что я изранен,
Позором было б, коль меня б убил
Такой как ты оборванный крестьянин!

Скажи мне, кто сегодня победил?»
(Иль он спросил: «А чей сегодня праздник?»)
Сподвижника вопрос сей удивил:
«Конечно Бог, затем Его Посланник!»

И лёжа под сподвижника ногами,
Курейша вождь в последний раз изрёк:
«Ты очень высоко взлетел путями,
О маленький овечий пастушок!»

А после вождь лишился головы,
Что шея столько времени носила,
Он был большим и важным, но увы,
Его в итоге это обольстило!

Отрубленную голову мушрика,
Асхаб Пророку Божьему принёс
(Сие не кровожадно и не дико —
Война отнюдь не сад душистых роз!)

Без ненависти, но без сожаленья
(Хотя другой бы был ужасно злобен)
Сказал Пророк: «Для Мекки населенья
Сей мушрик фараону был подобен!»

Часть тринадцатая. Проявление Веры

В разгар ожесточенного сраженья,
Когда мекканцев натиск был тяжёл,
Едва скрывая умереть стремленье,
К Посланнику мединец подошёл.

Стирая кровь, текущую со лба,
Спросил ансар Пророка, как ведётся:
«Какому делу Своего раба
Всевышний непременно улыбнётся?»

«Он улыбнется лишь такому делу,
Когда в бою был раб не защищённым,
Но тем не менье бился до предела.
И умер кровью вражьей обагрённым!»

Тогда ансар доспехи отшвырнул
И, взяв лишь меч, он бросился туда,
Где наибольшим был сраженья гул.
И там погиб, рубясь как никогда!

…Когда настал врагов плененья час,
Пророк все также на холме стоял,
А погрустневший вдруг ибн Муаз
По-прежнему Пророка охранял.

Пророк поймал асхаба хмурый взгляд,
Спросил его, уж зная суть ответа:
«Клянусь Аллахом, о мой брат Саад,
Тебе как будто не по нраву это?»

«Клянусь Аллахом, о Посланник, да!
Сия победа — первый наш успех!
К чему врагов пленённых череда?
Я больше бы хотел убить их всех!»

…В сей битве было много ситуаций,
Когда покорный Веру проявлял,
Я две из них накоротке и вкратце
Тебе, о мой читатель, описал.

Часть четырнадцатая. Потери обеих сторон

В сраженьи этом смерть свою нашли
Четырнадцать отважных мусульман,
Что от Медины находясь вдали,
Свой подтвердили искренний иман!

А средь неверных семьдесят погибло
И столько же их было взято в плен,
Причем сие их избранных постигло,
Что были предводители колен.

В день Бадра по Посланника приказу
Тела мекканцев, что руководили,
Чтобы пресечь зловонье и заразу,
Заброшены в колодец грязный были.

На третий день, в Медину возвращаясь,
Пророк достиг сего колодца края,
И он воззвал, к убитым обращаясь,
Их имена при этом называя:

«О сын того-то или внук того-то,
Ах если б покорились вы Аллаху,
Вы б не лежали здесь во мраке грота
Подобно разложившемуся праху!

Воистину, мы в битве убедились,
Что Господа правдиво обещанье.
А вы, что так неверием гордились, —
Дошло ль сие до вашего сознанья?»

Услышав это, аль-Фарук спросил:
«К кому обращены эти слова?
Ведь в них давно угас сей жизни пыл,
А души их покинули тела!»

Спокоен был Пророка дивный глас,
Что придавал величественность слогу:
«Они всё слышат, и не хуже вас,
Но только мне ответить уж не могут!»

Часть пятнадцатая. Мекка встречает проигравших

Мекканцы беспорядочно бежали,
Рассеявшись по вади как стада.
И как вернуться в город свой не знали,
Сгорая от глубокого стыда.

С опущенным и виноватым взором,
По-старчески сутуля тела стан,
Одним из в город прибывших с позором
Был знатный курайшит Абу Суфьян.

Его к себе позвал Абу Ляхаб,
Что злейшим был Посланника врагом:
«Ты очень, о племянник мой, ослаб,
Садись и расскажи нам обо всём».

«Мы в битве пораженье потерпели,
Подставив мусульманам свои плечи,
Они нас убивали, как хотели,
И, как хотели, нас пленяли в сече!

Я на бойцов обиды не таю,
И я ни в чём бойцов не упрекаю,
Ведь против наших воинов в бою
Дрались и те, которых я не знаю.

То были люди в белом одеяньи,
Скакавшие меж небом и землёй,
Никто из наших при любом желаньи,
Не смог бы дать сим людям равный бой!»

Вот так узнала Мекка злые вести
От потерпевших в битве пораженье.
И даже не был слышен голос мести,
Все были под глубоким впечатленьем!

Погибших же оплакивать не стали
(Чтоб этим не порадовать мединцев),
День Бадра стал для Мекки днём печали.
И днём потери множества любимцев!

Часть шестнадцатая. Медина встречает победителей

Пророк послал в Медину двух гонцов,
Чтоб те ей о победе рассказали.
И слышен был такбир со всех концов,
И все хвалу Аллаху воздавали!

Известие пришло к ним в скорбный час,
Когда Пророка дочь похоронили
(Ведь радости и горести у нас
В любое время неразлучны были).

Посланнику навстречу вышли братья
(Всевышнего не уставая славить),
Чтоб заключить их в крепкие объятья
И с доблестной победою поздравить!

Салама бин Салама их спросил:
«А с чем вы нас явились поздравлять?
Ведь это сброд бессильных старцев был,
А не курейша родовая знать!»

Асхаб Усайд Посланнику признался:
«Я думал, это будет караван,
Иначе я б в Медине не остался
И вышел бы с отрядом мусульман».

Пророк вошёл в свой город и отныне
Пред ним уже испытывали страх
Враги Аллаха, как в самой Медине,
Так и в других ближайших к ней местах.

Посланник прибыл в город раньше пленных,
Которых он меж всеми разделил,
При этом, обязав всех правоверных,
Чтоб каждый воин с ними добрым был.

И воины наказа не забыли,
Ведь были мусульманами они.
И пленных хлебом досыта кормили,
А сами ели финики одни!

Часть семнадцатая. Проблема пленных

Пророка волновал вопрос пленённых,
Что жили вместе с войском эти дни,
И он, позвав к себе двух приближённых,
Спросил у них, что думают они.

Ас-Сыддик ему с мягкостью сказал:
«Они же нам являются родными,
А кровное родство Всевышний дал,
Возьми с них выкуп и расстанься с ними!»

Совет был этот Мухаммаду ясен:
«А ты что скажешь, о бин аль-Хаттаб?»
«ВаЛлахи, я с Сыддиком не согласен,
И сей совет ошибочен и слаб!

Позволь, Посланник, мне казнить того-то,
Который мне ближайший по родству,
А каждого сподвижника забота —
Казнить своих родных по существу!

Пускай же многобожники узнают,
Что нет любви и нежности меж нами!
К тому же разве тех освобождают,
Кто лучшими являются бойцами?»

Посланник принял Абу Бакра мненье
И, выкуп взяв, неверных отпустил.
И к Умара большому сожаленью
Он никого из пленных не казнил.

А к тем, кто заплатить за жизнь не мог,
Детей на обученье приводили,
Ведь у мекканцев грамотен был слог,
Мединцы же неграмотными были.

Когда ж писать те дети начинали,
Того мекканца, кто их обучил,
Без выкупа на волю отпускали,
Считая, что он выкуп заплатил.

Часть восемнадцатая. Последний эпизод

До нас дошло, что аль-Фарук сказал:
«Посланник выбрал мненье ас-Сыддика,
А моему совету он не внял,
Считая, может быть, что это дико!

Зайдя к нему на следующий день,
Я встретил их с ас-Сыддиком вдвоём,
Их лица омрачала скорби тень,
А слёзы по щекам текли ручьём!

И я задал Посланнику вопрос
(Что к Абу Бакру относилось тоже)
“В чём кроется причина ваших слёз?
Поведай мне о том, Посланник Божий!

Коль есть из-за чего и мне грустить,
И я зальюся горькими слезами,
А если нет причины слёзы лить,
То я поплачу просто вместе с вами!”

“Причиной слёз, о Умар, послужило,
Что выбран выкуп вместо наказанья.
И это дело Бога рассердило,
И Он послал аяты порицанья!”»

…И этим поучительным моментом,
Я завершаю скромный свой амал,
Что, инша Аллах, послужит аргументом,
В День Судный перед Тем, Кто разум дал!

И если он кому-то дух поднял,
И если вдруг кого-то осенило,
То значит, я перо удачно взял
И мной не зря потрачены чернила!

Я к критике муджахидов готов,
От остальных мне критики не надо…
Хвала Аллаху — Господу Миров!
И мир Его Пророку Мухаммаду!

 

Ахмад бин Герейхан ад-Дагестани, да освободит его Аллах !

 

ИА ИсламДин

About islamdin

Прочитать также

ИМАМ ШАМИЛЬ

Имам Шамиль. Легенда газавата. Борец за веру. Праведный амир. Вернув Кавказу святость шариата, Вступил в …

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.